Эрнст Хаас: фотография как поэзия


«Я наблюдаю, как красота рисует саму себя. Когда этот процесс достигает своей кульминации, я делаю снимок»
Эрнст Хаас

Эрнст Хаас появился на свет 2 марта 1921 года в Вене. Его отец был крупным правительственным чиновником, а мать – увлеченным, преданным своему делу искусствоведом. С самого юного возраста старалась привить Эрнсту эстетическое восприятие, выработать тонкий вкус, и преуспела в этом. В вопросах эстетики и искусства мать была для Хааса непререкаемым авторитетом даже тогда, когда он уже приобрел мировую известность, став популярным фотографом.

Эрнст понял, что фотография – это его предназначение и дело, которому он готов посвятить всю свою жизнь в начале сороковых годов. Отучившись в Институте графики, он работал в фотостудии и преподавал искусство фотографии в венском отделении Американского Красного Креста.

В это время в жизни будущего знаменитого фотографа случилось знаковое событие – в его руки попала книга «Камера поэта», поразившая его необыкновенным сочетанием поэзии и лучших фотографий признанных американских фотографов. Эта книга словно соединила в один цельный образ его устремления – объединить воздействие поэзии и художественную эстетику фотографий. Он почувствовал, что это направление творчества и есть то, к чему он более всего стремился – делать поэзию более зримой, реальной, а визуальные образы – напротив, более тонкими, ирреальными.

То время, в которое Эрнст Хаас начал свой путь было не самым удачным временем для реализации творческих порывов. Тогда, в 1946 году Эрнст приобретает свою первую фотокамеру. Чтобы одним штрихом обрисовать реалии быта того времени, достаточно сказать, что эту камеру «Rolleyflex» с двумя объективами Эрнст выменял на…маргарин. Десять килограммов маргарина были его подарком по случаю 25-летия.

При первой возможности Эрнст поменял «Rolleyflex» на «Leica», более удобную в использовании, хотя и уступающую предыдущей камере в качестве. Хаас впоследствии всегда говорил своим ученикам, что не имеет никакого значения, какая марка фотоаппарата используется для съемки – любой фотокамерой можно запечатлеть то, что увидел фотограф. Однако он сначала должен Увидеть.

В конце сороковых годов состоялось знакомство Хааса с Инге Морат – журналисткой популярного журнала «Heute». Она поспособствовала тому, чтобы Хаас был зачислен в штат, и одно время они работали в паре: Инге писала статьи, а фотографии к ним делал Хаас. В 1949 году он сделал фоторепортаж о военнопленных — австрийцах, возвращавшихся на родину.

Эта работа стала первой ступенькой в лестнице его карьеры известного фотографа. Его снимки резко выделялись на фоне подобного материала, которым были переполнены издания того времени. В них была особая сила, убедительность и главное – они сразу обращали на себя внимание своей художественностью. Фотографии, снятые со вкусом – с того времени это стало своеобразной визитной карточкой Эрнста Хааса.

Сразу после публикации этого фоторепортажа на Хааса посыпались предложения о работе, в частности ему предлагали место в журнале «Life». Однако он отказался, отдав предпочтение предложению о вступлении в «Magnum Photos», фотоагентство, которое тогда ничем не отличалось от сотен других таких же фотоагентств. Тогда весь штат агентства, которое впоследствии станет самым крупным в мире объединением фотографов, состоял из одних учредителей. Эрнст Хаас оказался в хорошей компании – его коллегами были Анри Картье Брессон и Роберт Капа.

После того, как Капа погиб во время съемки фоторепортажа в Индокитае, Хаас был принят в состав правления агентства, а в 1959 году он стал его президентом.

В начале пятидесятых Хаас приезжает в США, в Нью-Йорк. Пожив в нем некоторое время, он влюбился в этот город, называя его настоящим раем для фотографа, снимающего в жанре уличной фотографии. Несмотря на то, что фотографов в Большом Яблоке было более чем достаточно, Хаас не затерялся среди них, и многие его работы стали не много ни мало символами этого города.

Хаас одни из первых начал работать с цветной фотопленкой. Он не был приверженцем черно-белой или цветной фотографии, а его переход на цветную пленку объяснял ее доступностью. Несмотря на то, что он любил и ценил черно-белое фото, к середине пятидесятых годов он практически полностью перешел на фотографирование в цвете.

Эрнст Хаас вошел в историю как пионер в использовании цвета в фотографии. Экспериментировать и получать хорошие, даже выдающиеся результаты многие фотографы начали и до него. Однако именно Хаасу принадлежит слава использования цвета, как главного объекта фотосъемки, так, что цвета в фотографии стали смотреться естественно, не теряя связи с действительностью. Только ему впервые удалось снять в цвете динамические сцены так, что герои фотосъемки были полностью узнаваемы.

Необыкновенные успехи Хааса в цветной фотографии быстро подняли его популярность на небывалую высоту. Известный журнал «Popular Photography» в 1958 году провел независимое исследование, опросив 243 деятелей искусства, критиков, учителей, художников и издателей. С помощью полученных данных были выбраны десять фотографов, которых можно назвать лучшими фотографами современности. Несмотря на то, что Эрнст Хаас в то время был еще очень молод, он вошел в этот список наряду с такими мэтрами фотографии, как Анри Картье Брессон, Юджин Смит, Ричард Авендон и другими.

В 1962 году в Нью-Йоркском музее современного искусства была проведена выставка работ в цвете Эрнста Хааса. На выставке Эдвард Стейхен, один из лучших фотографов 20 века высказался о Хаасе, как о «свободном, не стесненном узами теории и традиций духе, который, вырвавшись за пределы привычного мира, нашел Красоту, несравнимую ни с чем, что было до него в истории фотографии».

Хаас много и плодотворно работал, его фотографии печатали самые популярные в мире издания, он проводил много выставок, писал книги. Ему принадлежит рекорд по количеству проданных альбомов – было издано более 500 тысяч экземпляров его знаменитого альбома «The Creation». Хаас говорил, что нашел универсальный язык – фотографию, на котором он пишет прозу и поэзию.

Эрнст Хаас скончался 12 сентября 1986 года. Спустя несколько дней после этого Анри Картье Брессон напишет в своем дневнике: «Он был самой чуткостью, он всегда поражал меня своим знанием мира, тонким обаянием и острым умом. Для меня он исчез так же стремительно, как и появился – словно комета, прочертившая небо, он оставил после себя неизгладимый след в душах людей».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.