Мэрилин Сильверстоун: фотожурналист Magnum и буддистская монахиня


Мэрилин Сильверстоун – человек с удивительной судьбой. Ей суждено было за свои 70 лет прожить несколько жизней, прочувствовать вкус самых разных реальностей, познать изнутри культуру, чуждую европейцу и сделать множество открытий. В свое время она получила шанс полностью изменить свою жизнь и воспользовалась этим шансом, пройдя долгий путь от наследницы «короля» голливудской киноиндустрии до признанного фотографа с мировым именем, не расстающегося со своим лучшим профессиональным фотоаппаратом. Однако ни слава, ни беззаботная жизнь в атмосфере нью-йоркской богемы ее не привлекали. Она отреклась от мира, от его радостей и горестей, удовольствий и разочарований и стала… тибетской монахиней.

История ее жизни началась 9 марта 1929 года. Мэрилин родилась в Лондоне, в семье польских эмигрантов. Ее отец сделал головокружительную карьеру, из чужака, не имеющего работы став одним из самых крупных голливудских продюсеров, владельцем кинокомпаний 20th-Century Fox и United Artists. Он начинал работать в Лондоне, вместе с людьми, которые затем станут мегазвездами Голливуда, в частности с Чарли Чаплиным.

За несколько месяцев до нападения Гитлера на Восточную Европу Сильверстоуны переехали в США, в Скарсдейл, штат Нью-Йорк. В начале 1950-тых она зкончила Уэллсли — колледж искусств. Сьюзан, ее младшая сестра, впоследствии рассказывала об этом периоде в жизни Мэрилин – «Она была как птица в клетке, из которой невозможно вырваться. Это был замкнутый мирок вечерних платьев, жемчугов, разговоров о кинобизнесе и адюльтерах кинозвезд».

Несмотря на свое положение, она была невероятно застенчива. Один из ее немногочисленных друзей предложил ей заняться фотографией, чтобы избавиться от этого чувства: привел в Центральный парк и буквально силой сунул в руки камеру — лучший компактный фотоаппарат из тех, что были доступны для обычных покупателей. После первых экспериментов Мэрилин почувствовала себя так, как будто у нее за плечами выросли крылья. Это была та свобода, о которой она мечтала.

Родители не препятствовали ее новому увлечению. Спустя некоторое время она оставила свою должность помощника редактора в Interiors, Art News и Industrial Design и стала свободным фотографом, работала в Европе, Азии, СССР, Африке и Центральной Америке.

В 1959 году она побывала в Индии – ей необходимо было сделать репортаж о знаменитом композиторе и музыканте Рави Шанкаре. Мэрилин приехала в эту страну на 3 месяца, а осталась…на 14 лет. Она полюбила эту страну, как любят забытую и вновь обретенную родину, где одновременно знакомо и незнакомо. Мэрилин стала ее частью, жила ее бедами и радостями, познакомилась с удивительными людьми.

Мэрилин всегда была в гуще событий – освещала приезд в Индию Далай Ламы, бежавшего от вторжения в Тибет китайских оккупантов. Снимала последствия редких по своей силе наводнений, унесших множество жизней, делала репортажи о бедняках, страдающих от голода. Ее погруженность в индийскую культуру, проникновенные, одухотворенные работы и заслуги в качестве фотожурналиста не остались незамеченными на родине.

Ее популярность постоянно росла. В 1964 году фотоагенство Magnum, которое к тому времени уже успело стать престижным международным объединением, предложило Мэрилин стать ее членом. В 1967 году Мэрилин Сильверстоун официально стала одной из первых женщин фотографов Magnum.

Агентство вывело карьеру Мэрилин на новую орбиту. Ее репортажи из Израиля, Японии, Бутана, Ирана, Непала, Индии печатались в крупнейших тематических изданиях по всему миру. Она освещала военные действия, культурные события стран Индийского субконтинента, коронацию иранского шаха, который станет одним из самых кровавых тиранов своего времени, фотографировала Альберта Швейцера, индийских махарадж, Индиру Ганди.

Внутри Мэрилин постепенно зрел раскол – она не могла примириться с тем диким контрастом, который был между двумя ее жизнями: Бангладеш она фотографировала голодающих детей, похожих на скелеты, а затем, отсняв материал, возвращалась в Лондон, в мир богемы, дорогих мехов и автомобилей, столов, заполненных дорогими яствами.

Когда в 1974 году умер ее муж, Фрэнк Мораэс, Мэрилин поняла, что она уже давно нашла способ разрешить то противоречие, которое существовало в ее жизни. В сопровождении ламы Кхвенце Ринпоче она отправилась в отдаленный монастырь в Непале, чтобы несколько лет провести в тишине, уединении и изучении буддизма.

В 1977 году Мэрилин Сильверстоун, которая в то время была одной из самых популярных женщин фотожурналистов планеты, чьи фотографии не сходили с обложек National Geographic, Life, Vogue и многих других, прошла обряд посвящения и стала буддистской монахиней с именем Нгаванг Чодрон.

Приняв монашеский сан, она не оставила фотографию. Ее работы не стали хуже – напротив, они обрели новое, особое измерение, наполненное торжеством духа и свободой полета. Она не только фотографировала, но и писала книги и статьи. В соавторстве с Лури Миллер ей был написан цикл книг для детей: «Бала – дитя Индии», «Гуркхи и призраки» и другие. Документальный фильм «Кашмир зимой», снятый с использованием ее работ, получил приз на лондонском кинофестивале.

В 1998 году Нгаванг Чодрон, в миру Мэрилин Сильверстоун приехала в США для прохождения лечения. У нее был диагностирован рак. Она была тиха и спокойна, хотя испытывала большие страдания. Лечение не дало результатов – участь Мэрилин была предрешена. Она предпочла вернуться в Непал, чтобы умереть в стране, которую считала своей настоящей родиной.

28 сентября 1999 года настоятельница Нгаванг Чодрон скончалась в монастыре Бикуни, расположенном неподалеку от Катманду. Позже ее близкая подруга, известный фотограф Мартина Франк писала «В тот день, когда она умерла, в небе, от края до края, стояла радуга. Тибетцы говорят, что хороший знак – он означает, что человек был полон любви, чист душой и праведен».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.